Ценности как смысловая основа мировоззрения

А

нализ ценностей как понятия и феномена является сложной проблемой, которая проистекает из диалектики «объективного» и «субъективного». С одной стороны, ценности представляют собой независимые от индивидов сущности, выступающие в обществе в роли идейного образца и социального регулятора, а с другой — являются порождением сознания людей и существуют в нем, определяя, таким образом, особенности нашего восприятия и поведения. Взаимодействие трех основных элементов человеческой деятельности — мировоззрения, ценностей и идентичности — не может быть описано как одномоментное столкновение или статичная конфигурация, остающаяся с человеком после разового выбора. Эта триединая структура постоянно развивается, вбирая в себя как индивидуальные жизненные траектории, так и социально-политические факторы — интеллектуальное наследие общества, его культурные детерминанты, стратегические ориентиры развития страны и меняющийся общественный контекст.

Ценности можно определить как идеально-эталонные побуждения и идеалы деятельности человека, в соответствии с которыми он оценивает, а также практически преобразует себя и мир.

Исследование ценностей — как теоретическое, так и связанное с эмпирическим изучением конкретных ориентаций отдельных обществ и групп — является одним из классических сюжетов социально-гуманитарных наук. Ценности традиционно выступают объектом изучения философии, а со второй половины XIX в. они постепенно входят в спектр исследовательских интересов социологов, психологов и политологов.

Ценности в предметном поле общественных наук

Базовые основания понимания ценностей заложены в философии, в рамках которой существует отдельное направление осмысления природы и значения ценностей — аксиология. В философском отношении ценности определяются как качества субъект-объектных отношений; им имманентно присущи такие свойства, как объективность и иерархичность, всеобщность и антиномичность, значимость. Ценности, таким образом, представляют собой надындивидуальные сущности, носящие эталонный характер и обладающие для человека императивом долженствования, то есть высочайшей степенью убедительности и обязательности.

Еще античные философы размышляли о реализации ценностей в политической практике в качестве как базовых идей, так и идеальных ориентиров развития государства и общества (политическое значение и политическая роль ценностей казались многим из философов непременным фокусом их рассмотрения). В рамках такого понимания ценности приобретали характер эталонного образца общественного устройства или отдельных его элементов. Имея подчас одинаковые объекты оценки (например, страну, государство, общество, семью, гражданина), различные ценности тем не менее предопределяли высокую степень дифференции человеческих обществ ввиду разного отношения или к таким объектам, или между такими объектами. Например, для классических консервативных идеологий (или стран, имеющих длительный опыт организации в соответствии с такими идеологиями) любовь к Отечеству (патриотизм) является важнейшей ценностью, поскольку обеспечивает порядок и достижение общественного блага; в либеральном же историко-политическом контексте значение этого элемента существенно сужается и искажается, а приоритет отводится индивиду и его потребностям.

Трактовка ценностей как общественных идеалов на современном этапе свойственна политической науке. В ее рамках ценности рассматриваются как базовые ориентиры политического развития, принципы организации взаимоотношений в государстве и обществе, регуляторы выбора средств достижения целей. Ученые указывают на высокую значимость ценностей не только для отдельных сообществ и субкультур, но и для государственной политики в целом; к сожалению, нередко это приводит даже к обоснованию агрессивных внешнеполитических действий соображениями «гуманизма» и «универсальных ценностей».

«Гуманитарная интервенция» — силовое вмешательство государства или группы государств во внутренние дела другого государства с декларируемым мотивом защиты «принципов», «ценностей» и даже «прав человека»; примером «гуманитарной интервенции» и спорного характера ее предлогов является операция НАТО в Югославии в 1999 г.

Одним из ключевых направлений политологического анализа ценностей в современной науке является их изучение в контексте пространства распространения и возможностей влияния на политическое устройство разных обществ. Здесь выделяется базовая дихотомическая модель «универсальные — культурно-цивилизационные», определяющая глобальный или локальный характер ценностей. С точки зрения теории международных отношений основу данной оппозиции составляет наличие двух точек зрения — универсализма, предполагающего необходимость выстраивания мирового порядка на основе единых абсолютных принципов, и культурного релятивизма, акцентирующего внимание на культурных различиях стран.

Категория «универсальные ценности» является устойчивой для современного политологического и международно-политического дискурса и обозначает не столько реальность, сколько идеал якобы гармоничного сосуществования людей. При всей значимости и моральном авторитете подобного принципа единения человеческого рода стоит заметить, что нередко «универсальными» называются лишь ценности современных западных обществ, притом ряд из них (таких как толерантность или коллективная ответственность в рамках «культуры отмены») приобрел декларативно «универсальный» характер совсем недавно. К сожалению, конфигурация всечеловеческих ценностей, нормативно представленная во Всеобщей декларации прав человека (принятой Резолюцией 217 А (III) Генеральной Ассамблеи ООН 10 декабря 1948 г.), нередко отбрасывается в сторону в попытке «адаптировать» ценности человечества к требованиям однополярного «порядка, основанного на правилах».

?	Какие ценности вы могли бы назвать общими для всего человечества? Как вы относитесь к манипуляциям такими ценностями и идеалами?

По-настоящему универсальные (всечеловеческие) ценности являются предметом диалога и результатом компромисса, они предполагают признание культурного многообразия и отказ от представлений о превосходстве каких-либо культур.

Политические ценности как идеалы социального устройства крупных человеческих сообществ рассматриваются в рамках культурно-цивилизационной парадигмы (см. раздел II настоящего пособия). В ее основе — релятивистское понимание исторического процесса с акцентом на специфике различных культур. Ценности, составляющие социокультурный базис каждой цивилизации, носят, с одной стороны, локальный характер, формируя ценностные основания идентификации больших культурно-цивилизационных общностей; вместе с тем в рамках естественного для истории диалога цивилизаций их ценности могут активно соприкасаться друг с другом, взаимодействовать и трансформироваться, в том числе встраиваясь по мере сближения в значимые для всего человечества ориентиры.

Ярким примером такой трансформации может служить отмена рабства. Некогда являясь совершенно обычным элементом социальной структуры различных народов по всему миру, рабство постепенно превращалось во все более и более осуждаемый институт. Византийская империя и Венецианская республика отменят и запретят рабство уже в X в., но некоторые страны сделают это лишь в конце XX в. В 1948 г. Всеобщая декларация прав человека постановит, что «никто не должен содержаться в рабстве или в подневольном состоянии; рабство и работорговля запрещаются во всех их видах».

В рамках социологической науки ценности определяются, согласно позиции Николая Лапина (1931–2021), как «обобщенные представления людей о целях и нормах своего поведения, воплощающие исторический опыт и концентрированно выражающие смысл культуры». Они рассматриваются как значимые регуляторы жизнедеятельности общества в целом и отдельных социальных групп в его структуре. Такая интерпретация позволяет изучать их в сравнительном аспекте, выделяя ценностные сходства и различия между разными сообществами — как в межстрановом (выявляя систему ценностей конкретного общества), так и во внутристрановом ракурсе (выявляя систему ценностей различных сообществ).

Наиболее влиятельной в политической социологии на протяжении нескольких десятилетий является теория межпоколенческой перемены ценностей, разработанная Рональдом Инглхартом (см. раздел II) и его коллегами. Эта теория рассматривает динамику ценностей в зависимости от общественных изменений; согласно ее положениям, во второй половине ХХ в. произошел глобальный сдвиг ценностной системы человечества от материализма к постматериализму (так называемая «тихая революция»). Под ценностями материализма подразумевается важность физической и психологической безопасности и благополучия, а под ценностями постматериализма — подчеркнутое значение принадлежности к группе, самовыражения и качества жизни.

К сожалению, концепция Инглхарта нередко искажается и предлагается в неадаптированном виде как обоснование глобалистского проекта постматериалистического «транзита», предусматривающего обязательность скорейшего перехода общества к новому (и, вполне возможно, неподходящему) набору ценностей, зафиксированному в опыте других государств, настаивающих на таком «транзите».

Первоначально посматериалистический сдвиг рассматривался как глобальное культурное изменение, некий универсальный тренд, обусловленный социально-экономическими причинами; позже Инглхарт признал влияние религиозных традиций и исторического пути развития стран на господствующие в них системы политических ценностей. И сегодня развитие систем ценностей в мировом масштабе понимается не столько как глобальный постматериалистический сдвиг в сторону глобального единства и конвергенции, сколько как движение всех стран в общем направлении, но по параллельным траекториям, учитывающим и отражающим культурную специфику.

Еще одним фокусом социологического рассмотрения ценностей является выделение трех типов ценностного состояния общества.

Наиболее благоприятное состояние, основанное на существовании в обществе легитимной конвенции по поводу ценностей, называется согласием (консенсусом). В обществе возможны три объекта такой консолидации, формирующие, соответственно, три уровня согласия (консенсуса):

1)     основной (ценностный) — по поводу общественных идеалов, критериев добра и зла, представлений о должном;

2)     процедурный (режимный) — по поводу «правил игры» или имеющихся общественных институтов и процедур;

3)     политический (правительственный) — по поводу конкретных действий или решений.

Очевидно, что ценностный консенсус является высшей формой согласия и определяет два других.

?	Как вы считаете, по поводу каких ценностей в вашей семье присутствует однозначное согласие (консенсус)?

Принципиально иное состояние общества характеризуется наличием в нем ценностных расколов, или размежеваний. В широком смысле это состояние социальной системы, характеризующееся конфликтом ценностей, или, по замечанию Александра Ахиезера, «острым застойным противоречием между культурой и социальными отношениями, распадом всеобщности». Ценностные расколы могут быть поколенческими («отцы и дети»), идеологическими (правые/левые, консерваторы/либералы), электоральными (лоялисты/оппозиционеры) и даже культурными (связанными, к примеру, со сложностью этнонациональной или религиозной палитры). Наличие в обществе ценностных расколов, или размежеваний, оказывает существенное влияние на динамику социальных отношений: с одной стороны, существующая в обществе ценностная дифференциация обладает высоким конфликтным потенциалом, а с другой стороны, ценностная неоднородность общества является важным фактором социальной динамики: интенсивность социальных изменений, то есть их глубина и скорость, напрямую зависят от величины ценностной неоднородности общества.

Для анализа состояния общества ученые используют также термин «аномия». Это понятие применяется социологами, политологами и психологами для обозначения кризиса системы ценностей общества — «аномия означает прежде всего то, что ценности, которые люди считали само собой разумеющимися, и воспроизводимый порядок вещей, достигнутый практически и поведенчески, разрушаются». В концепции Эмиля Дюркгейма (1858–1917) аномия рассматривается как ценностно-нормативный вакуум, возникающий в обществе переходного типа и сопровождающийся социальной дезинтеграцией, ростом преступности и отклоняющегося поведения. Роберт Мёртон (1910–2003), напротив, не связывает аномию с переходным состоянием общества — по его мнению, аномия выражается в рассогласованности между декларируемыми общественными целями и возможными средствами их достижения.

Психологический анализ акцентирует внимание на психологической природе ценностей, их месте в структуре личности и регулирующей роли в жизнедеятельности людей. С точки зрения психологии ценности — это понятия или убеждения, которые относятся к желаемым конечным целям, управляют выбором или оценкой поведения и событий.

С точки зрения психологического анализа ценности являются важнейшим и центральным элементом личностной структуры, который связывает другие ее элементы — потребности, мотивы, установки. Ценности возникают из биологических, социальных и духовных потребностей человека: ценным является не только то, что человек считает недостающим, но и, в первую очередь, то, без чего он не видит смысла во всем остальном — своего рода «личное неотъемлемое».

?	Какие ценности вы считаете наиболее значимыми лично для себя? Перечислите 10 таких ценностей.

Взааимоотношение ценностей и потребностей в структуре личности объясняет диспозиционная концепция Владимира Ядова. Согласно ей, система ценностных целей и средств достижения таких целей, определенная условиями жизни человека, образуют высший уровень диспозиционной иерархии. Таким образом, ценностные компоненты включены в мотивационную структуру личности, где побудительные мотивы человеческой деятельности выстраиваются в своеобразную цепочку: потребности — интересы — ценности. Очевидно, что при значимости каждого из элементов этой цепочки они не сводимы друг к другу и не тождественны друг другу (к примеру, потребности и ценности связаны, но не идентичны и не равнозначны). При этом система ценностей также имеет свою иерархию, на вершине которой находится так называемый жизненный идеал — социально-политический и нравственный образ желаемого будущего.

С этой позиции важно сделать два уточняющих замечания. Во-первых, очевидно, что приобщение к ценностям и их жизненное применение могут быть только добровольными. Насильственное приобщение к ценностям всегда достигает результата, прямо противоположного ожидаемому, — вызывает у человека внутреннее отторжение и провоцирует на принятие и воплощение противоположных идеалов.

Будучи смысловым ядром сознания и самосознания личности, ценности носят обобщенный характер и обозначаются абстрактными понятиями (добро, любовь, справедливость, согласие, свобода и пр.), а смысловое содержание отражает направленность ценностного отношения человека на конкретные объекты — других людей, объекты живой и неживой природы, архитектурные и культурные памятники, социальные и политические образования.

Число ценностей, которые разделяет человек, значительно меньше, чем число поведенческих установок, связанных с конкретными ситуациями. Именно ценности определяют основные качественные характеристики установки, обладая большей субъективной значимостью. Ценности отличаются от установок и представлений своей относительной стабильностью, необходимой для постоянства оценок и поведения, то есть они первичны по отношению к установкам и представлениям, структурируют их.

В результате вхождения в общество посредством общения с семьей и друзьями, обучения в образовательных учреждениях, знакомства с культурой и наукой происходит усвоение и присвоение человеком общественных ценностей, то есть их интериоризация («встраивание») в структуру личности. Так формируются персональные ценности: базисные (общественные, национальные) ценности становятся базовыми ценностями граждан. Эти базовые ценности — полностью воспринятые или творчески преобразованные — составляют основу жизненной позиции личности, ее мировоззрения. Именно они отражают отношение человека к миру и самому себе и реализуются в его поведении. В дальнейшем люди в своей жизнедеятельности способствуют их воспроизводству и поддержанию общественных ценностей, разделяя их и постоянно пересобирая на их основе новый социальный консенсус.

Так как ценности регулируют поведение людей, ключевым вопросом является определение особенностей этого процесса, а точнее — соотношения между тем, как ценности понимаются и принимаются, и тем, как они проявляются в поведении. Ведь если приверженность определенной ценности лишь декларируется, но при этом она не соотносится ни с одним способом ее практической реализации, то это означает исключительно «голословное» ее принятие, не выражающееся в поведении, определяющее тенденцию изменения мировоззрения.

С этой практической стороны ценности проявляют себя в трех качествах:

•       как общественный идеал — определенный набор смыслов, представленных в философских и политических текстах, идеологиях, доктринах, программах и документах;

•       как разделяемые членами социальной группы (или общества в целом) идеи о совершенстве во всех сферах жизни государства и общества;

•       как психологические компоненты структуры личности, являющиеся результатом индивидуального жизненного опыта и регулирующие поведение и устремления отдельного человека. Можно заметить, что не только в рамках публичной политики, но и в рамках корпоративного сектора экономики сегодня все более распространенным подходом к принятию решений является так называемое управление по ценностям. В рамках этого подхода, противостоящего ранее сформированным практикам «управления по инструкциям» и «управления по целям», вовлеченные в принятие решений лица — не только квалифицированные профессионалы, но и носители специфического «культурного кода», уникального набора норм, ценностей и установок. Этот набор включает в себя как паттерны общественной значимости, так и глубоко индивидуальные моменты, регулирующие личное поведение и личный опыт. Считается, что передовые инновационные проекты современности — от «энергетического перехода» до новых форм государственной социальной поддержки — опираются именно на ценности и «управление по ценностям» как базовый принцип своей реализации.

Получается, что вне зависимости от выбранного нами подхода с практической точки зрения и в рамках мировоззренческого контекста ценности значимы для общества по следующим причинам:

— они обеспечивают не только общественное согласие в актуальных условиях, но и межпоколенческую культурную преемственность, выполняя функцию передачи общественно значимой информации о приемлемом (одобряемом) поведении, а также предпочтительных треках социализации и политической социализации; пробелы в культурной и символической политике, допускающие углубление ценностных расколов и размежеваний, могут, таким образом, подорвать политическую стабильность в стратегической перспективе;

— общие (конвенциональные) ценности гораздо более эффективно, чем любые силовые инструменты или узко правовые гарантии, способствуют формированию устойчиво функционирующих институтов, обеспечивающих безопасные и взаимовыгодные поведенческие стратегии различных сторон социальных взаимодействий;

— ценностно-мировоззренческая консолидация общества способствует упрощению социальных взаимодействий и снижению издержек, связанных с необходимостью ориентации на рынке труда, внутри образовательной среды и прочих поливариантных жизненных сферах; иными словами, такая консолидация способствует сближению деятельностных стратегий и выработке общих принципов самоактуализации и самореализации.

Традиционные ценности как основа российского мировоззрения

Современное российское общество по своему этноконфессиональному составу очень разнообразно, и формирование скрепляющих его ценностей и смыслов происходило в процессе исторического становления и развития государственности.

Наиболее релевантным с этой точки зрения представляется обозначение ценностных оснований российского мировоззрения термином «традиционные» ввиду того, что они не определены идеологизированным решением, но обусловлены фундаментальной связью времен и актуализируются из поколения в поколение по причине высокой значимости этого культурного наследия и механизма преемственности. Важно понимать, что традиционность — не значит устаревание, а сохранение не означает «заморозку» и застой. Они предполагают не только поддержание, но и стабильное развитие самобытного и уникального аксиологического наследия. Как и любой общественный феномен, традиционные ценности находятся в развитии: их содержание актуализируется сообразно социальному контексту, дополняется смыслами, адекватными и значимыми для новых поколений граждан. Можно утверждать, что в рамках развития традиционных ценностей, как и развития культуры вообще, происходят два синхронных процесса: традиционализация инноваций (их интеграция в привычную ценностно-мировоззренческую систему) и инноватизация традиции (естественное «осовременивание» базовых смыслов).

Для обозначения характерных для нашего общества традиционных ценностей российский историк Сергей Перевезенцев (1960 г. р.) и его коллеги предлагают использовать понятие «базисные российские традиционные ценности», под которыми понимаются «ценности, выработанные в результате многовекового исторического и духовно-политического развития народов России в сложившихся природно-климатических, географических, конкретно-исторических, духовно-нравственных и социально-политических условиях, и являющиеся непременным фактором формирования общенациональной и политической идентичности народа». На протяжении многовековой отечественной истории традиционные ценности сохранялись, но не избегали и динамизма: в разные эпохи в соответствии с общественно-политическими и социально-экономическими условиями они дополнялись новым содержанием, изменяли формы своего выражения. Но в обозначении ключевых мировоззренческих ориентиров в свойственной нашей стране и цивилизации системе ценностей традиционная рамка оставалась почти неизменной.

В разные исторические периоды в том или ином соотношении традиционные ценности были представлены в идеологических концепциях («Святая Русь», «Третий Рим», «просвещенное самодержавие», теория официальной народности, советская коммунистическая идеология) и определяли мировоззренческие векторы российской государственности. Смысловое наполнение и цивилизационная специфика традиционных базисных ценностей были предметом дискуссий, которые вели историки, философы, писатели, политические деятели. Споры о пути развития России были особенно бурными в XIX в. (достаточно вспомнить полемику славянофилов и западников), но по сути своей вся социально-политическая мысль России с древности до современности была во многом посвящена определению и осмыслению аксиологических основ российской цивилизации.

Например, в XIX — начале XX в. дискуссии историков, философов, писателей, политических деятелей проходили в русле основных мировых идеологических течений, но с учетом их несомненной российской специфики.

Русский либерализм, разрабатываемый глубоко непохожими друг на друга авторами — от Михаила Сперанского (1772–1839) до Павла Милюкова (1859–1943), имел специфические отличия от либерализма европейского, поскольку пытался синтезировать собственно либеральную ценность свободы с традиционными ценностями крепкой власти, порядка и преемственности (консервативный либерализм) и ценностью социального равенства (социальный либерализм).

Сущность охранительного либерализма состоит в примирении начала свободы с началом власти и закона. В политической жизни лозунг его: либеральные меры и сильная власть: либеральные меры, предоставляющие обществу самостоятельную деятельность, обеспечивающие права и личность граждан, охраняющие свободу мысли и свободу совести, дающие возможность высказываться всем законным желаниям; сильная власть, блюстительница государственного единства, связующая и сдерживающая общество, охраняющая порядок, строго надзирающая за исполнением закона, пресекающая всякое его нарушение, внушающая гражданам уверенность, что во главе государства есть твердая рука, на которую можно надеяться, и разумная сила, которая сумеет отстоять общественные интересы против напора анархических стихий и против воплей реакционных партий. Борис Чичерин (1828–1904). Различные виды либерализма, 1862

Русские консерваторы — от Николая Карамзина (1766–1826) до Ивана Ильина (1883–1954) — также отстаивали ценности государственной целостности, национального единства, порядка и исторической преемственности, православия, соборности и патриотизма (при том, что далеко не все европейские консерваторы были сторонниками сильной государственной власти, порой дело обстояло ровно противоположным образом).

Карамзин руководится в своей Записке не какими-либо отвлеченными понятиями, определенными целями, а только живым инстинктом, только сильным, хотя неясным сознанием положения своего народа, непосредственным чувством, и он указывает не на то, что следует делать, а только на то, чего делать не следует. Это превосходный пример того консерватизма, который принадлежит к самой сущности всякой жизни. (…) Как человек, которого жизнь тончайшими нервами связывалась с жизнью народа, Карамзин оказался упорным консерватором и ничем другим он и не мог оказаться.

Николай Страхов (1828–1896).

Вздох на гробе Карамзина, 1870

Русские социалисты рассматривали общинные ценности как основу «русского крестьянского социализма» (Александр Герцен (1812–1870), Петр Ткачев (1844–1886)) и самоуправляющегося децентрализованного общества (Николай Огарев (1813–1877)), ценности солидарности и кооперации, которые реализуются в «рабочем социализме» (Петр Лавров), ценности социальной однородности и справедливости, движением к которым осуществляется прогресс (Николай Михайловский (1842–1904)), ценности свободы, равенства и справедливости в безгосударственном «анархическом социализме» (Михаил Бакунин (1814–1876)).

Современные исследователи по-разному определяют аксиологические основания российской цивилизации и набор присущих российскому мировоззрению ценностей. Александр Панарин, который придерживался концепции «православного космизма», считал, что политическое развитие России должно базироваться на традиционных православных ценностях. Политолог Андрей Цыганков (1964 г. р.) относит к ним духовный мессианизм, трансэтничность, справедливое государство и державность, а Владимир Кочетков (1958 г. р.) таковыми считает православие, коллективизм, патриотизм, консерватизм и др. Сергей Перевезенцев с коллегами относят к традиционным российским базисным ценностям веру (духовность), справедливость (правду), согласие (солидарность, соборность), стабильность, суверенитет, трудолюбие и честность.

Какое счастие для России, что сельская община не погибла, что личная собственность не раздробила собственности общинной; какое это счастье для русского народа, что он остался вне всех политических движений, вне европейской цивилизации, которая, без сомнения, подкопала бы общину и которая ныне сама дошла в социализме до самоотрицания (…) Этот великий пример дает нам не образованная Россия, но сам народ, его жизненный процесс. Мы, русские, прошедшие через западную цивилизацию, мы не больше, как средство, как закваска, как посредники между русским народом и революционной Европою. Человек будущего в России — мужик, точно так же, как во Франции работник. Александр Герцен. Русский народ и социализм, 1851

Очевидно, что даже в случае с либеральной мыслью ключевое место в комплексе аксиологических доминант российской цивилизации занимает государство. Еще Борис Чичерин писал, что самодержавная государственность в России имеет «историческое свое призвание» и «как воспитатель, совершивший свое дело, само ведет народ к самоуправлению»; по мнению историка Юрия Пивоварова (1950 г. р.), в основе «Русской идеи» как комплексного социально-философского и духовно-политического феномена, представленного в трудах мыслителей и определяющего специфику исторического развития нашей страны на протяжении более пятисот лет, лежит триада «Церковь — Государство — Общество». По мысли Пивоварова, основным компонентом триады, ее «коренником», всегда являлось и является «государство» (державность, власть), а остальные два — пристяжные, подпирающие его. К сожалению, академик Пивоваров делал из этой посылки ангажированные выводы, обосновывающие некое «отставание» России от других держав; однако за пределами подобных измышлений тезис об особом значении государства для жителей нашей страны вряд ли подлежит сомнению.

История социально-политической мысли России показывает, что в понятии «государство» воплотился духовно-политический аксиологический комплекс понятий «Русская земля», «Российское государство», «Российское царство». Изначально для обозначения государства (страны) применялось понятие «Русская земля». Слово «государство» появилось в русском политическом лексиконе в конце XV в. и было тесно сопряжено с понятием «государь»: как указывает Сергей Перевезенцев, «в традиционном русском понимании „государство“ (господарство) — это страна (земля), которой наследственно владеет и правит независимый „государь“ (господарь)». При этом, как замечает коллектив авторов во главе с Сергеем Перевезенцевым, «в XVI в. понятие „Русская земля“ перестает быть синонимом понятия „государство“, но приобретает новый символический смысл: „общая территория“, „православный русский народ“ — и становится своего рода мифологемой, характеризующей великое прошлое „Российского/Московского царства/государства“ и потому выступающей важным связующим звеном между великим прошлым, великим настоящим и еще более великим будущим».

      Аксиологическое значение государства в истории нашей страны заключается в том, что оно не просто было инструментом управления и нациестроительства: как подчеркивает Игорь Ионов (1952 г. р.), «государство, исполняющее в России роль „скрепы общества“, было частью не национального, а цивилизационного механизма». По мнению ряда исследователей, исторически сложившееся понимание государства и отношение к нему как носителю «вдохновляющих духовных смыслов» обусловили формирование такой черты мировоззрения нашего народа, как «властецентричность» — восприятие власти обусловлено в России многовековой традицией, олицетворяющей верховные установления с носителями «высшей истины», гарантами общественного блага.

?	Как вы считаете, почему государство занимает особое место в истории России? Какими факторами и обстоятельствами социальнополитического развития это обусловлено?

В настоящее время традиционные российские ценности выражают разделяемые обществом идеи о совершенстве в социально-политической сфере. Они обозначены в стратегических государственных документах (например, Стратегии национальной безопасности) и закрепляются посредством реализации различных направлений государственной политики — культурной, образовательной, молодежной, информационной, национальной, региональной.

Когда речь идет о российском мировоззрении, то его смысловую основу задают традиционные ценности, которые организуют отношения граждан с Россией как государством-цивилизацией с соответствующим государственным и общественным устройством. Объектами ценностного отношения (и соотношения) граждан России являются человек, семья, общество, государство и страна (элементы «системной модели мировоззрения»), которые в рамках мировоззренческой деятельности соотносятся с их потребностями и интересами и приобретают для них субъективную значимость. Ценностным отношением власти к своей стране является служение, а принципиальной характеристикой страны как таковой — уникальное единство в многообразии; отношением граждан к государству является основанная на доверии легитимность, а принципиальной характеристикой самого государства — его сила и ответственность, направленная на защиту граждан. Ровно также ключевыми характеристиками российского общества являются согласие и сотрудничество, семьи — любовь и доверие, самого гражданина — ориентация на свободное созидание и развитие.

Традиционные ценности — это нравственные ориентиры, формирующие мировоззрение граждан России, передаваемые от поколения к поколению, лежащие в основе общероссийской гражданской идентичности и единого культурного пространства страны, укрепляющие гражданское единство, нашедшие свое уникальное, самобытное проявление в духовном, историческом и культурном развитии многонационального народа России. Указ Президента Российской Федерации от 09.11.2022 № 809 «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей»

Многообразие размышлений отечественных философов и мыслителей, искавших формулы в сложном пространстве смыслов непрекращающихся событий России, приводило к многочисленным попыткам систематизировать и обобщить, а иногда и упростить смыслы российской государственности и цивилизации. Подчас это выливалось в попытки сформулировать триады (заводы — рабочим, землю — крестьянам; самодержавие — православие — народность) или единичные образы «ковчега», острова, моста, перекрестка, севера и т. д. и т. п. Поиск «русской идеи» и сейчас беспокоит многие умы нашей страны. С момента создания Российской Федерации как самостоятельного государства — преемника СССР —интеллектуальное сообщество России переосмысляет полученные нами уроки. Понимание необходимости создания отечественных методов и технологий решения общественных проблем и задач составляет серьезнейший вызов. Многие научные и образовательные центра нашей страны проводят исследования и ведут разработки в области общественного знания.

В рамках проекта «ДНК России», объединившего тысячи преподавателей и исследователей, была разработана модель, описывающая феномен мировоззрения. Ключевые постулаты этой модели, лежащие в основе структурирования понимания феномена мировоззрения, могут быть выражены следующим образом:

1)     мировоззрение формируется в процессе всей жизни человека;

2)     мировоззрение формируется на основании идентичности человека, складывающейся из представлений о значимых элементах окружающей действительности и отношений между ними;

3)     мировоззрение является целостной системой, описывающей важнейшие аспекты представлений человека о мире;

4)     содержание как идентичности, так и мировоззрения определяет преимущественно культурно-языковая традиция, нередко влияющая даже на число ключевых мировоззренческих ориентиров;

5)     система мировоззрения включает в себя подсистемы, отражающие тот или иной аспект деятельности человека (например, гражданское мировоззрение).

Изучение как исторических источников, описывающих принципы и ценности Российского государства, так и актуальных исследований этого культурно-исторического пространства, подтверждает гипотезы о преемственности как структуры системы мировоззрения и базовой ценностной сетки, так и основных ценностных значений российской гражданственности.

Понятие «мировоззрение» может быть раскрыто через идентичности в следующей совокупности:

•       человек идентифицирует себя как ЛИЧНОСТЬ — самостоятельный и обладающий соответствующей степенью ответственности субъект общественно-политических отношений, осознающий собственную социальную роль с присущими ей политико-психологическими особенностями;

•       человек идентифицирует СЕМЬЮ как единицу общественного измерения — связанное родственными отношениями сообщество, обладающее не только общим бытом и задачей по воспитанию детей, но и общими морально-нравственными ориентирами, взаимной ответственностью и обязательствами;

•       человек идентифицирует ОБЩЕСТВО как социальную целостность — сложную систему различных межиндивидуальных и надындивидуальных отношений, включающую совокупность социальных институтов и групп, в которые человек ощущает себя включенным;

•       человек идентифицирует ГОСУДАРСТВО как источник и гарант системы общественно-политических правил — форму организации общественной деятельности, систему публичных властных институтов, наделенную законной и легитимной верховной властью на определенной территории;

•       человек идентифицирует ПРОСТРАНСТВО (территорию) как значимое и ценное место, воспринимаемое как «свое», неотъемлемо связанное как с рождением, так и с последующими жизненными событиями.

На схеме (рис. 5) можно заметить, что, в отличие от западных цивилизаций, агрессивно навязывающих свою картину мира всем государствам, Россия сохраняет ориентацию на два ориентира, в последние десятилетия исключенные из перечня ориентиров «развитых стран». Речь о ценностях «семьи» и «страны» — ведь сегодня многие либеральные партии по обе стороны Атлантики утверждают, что и традиционная семья, основанная на союзе мужчины и женщины, и патриотизм, подчеркивающий значение своей

Родины и своего Отечества, представляют собой отжившие идеалы и рудименты предшествующей эпохи истории человечества. Большинство россиян в корне не согласны с такой постановкой вопроса, и потому Российская Федерация проводит последовательный курс по сохранению и укреплению среди граждан семейственных начал и знания собственных культурных и исторических корней.

На основе проведенных социологических исследований в современном российском контексте элементы этой модели представляются связанными с различными ценностными принципами и традиционными духовно-нравственными ориентирами (табл. 2).

Таблица 2

Структура актуального гражданского мировоззрения современных россиян

Элемент	Содержание	Актуализация	ЦП
Семья как единица общественного измерения	Связанное родственными отношениями сообщество, обладающее не только общим бытом и задачей по воспитанию детей, но и общими морально-нравственными ориентирами, взаимной ответственностью и обязательствами	Традиционная семья Для современных россиян семья воспринимается как базовая ячейка здорового общества, основанная на брачном союзе мужчины и женщины, преемственности поколений, многодетности и взаимопомощи; ключевыми семейными ценностями россияне считают любовь и доверие

Многонациональный народ

Система межиндивидуальных и надын-

В представлении большинства граж-

дивидуальных отно-

Общество                                                                      дан, российское общество пред-

шений, включаю-

как соци-                                                                       ставляет собой многонациональный

щая совокупность

альная                                                                            народ, объединенный общей судь-

социальных институ-

целостность                                                                  бой и исторически сложившимся

тов и групп, в котоединством; ключевыми ценностями,

рые человек ощущает значимыми для общества, россияне

себя включенным считают согласие, сотрудничество и солидарность

Государство как источник и гарант системы общественно-политических правил	Форма организации общественной деятельности, система публичных властных институтов, наделенная законной и легитимной верховной властью на определенной территории	Суверенная держава Для россиян остается характерным особое отношение к собственному государству; его способность сохранять независимость страны и свободу граждан, обеспечивать общественное развитие и сохранение культуры считается неотъемлемым условием существования страны вообще; ключевыми ценностями, связанными с государством, являются сила и ответственность как две неразрывные части взаимного служения граждан России и структур публичной власти
Элемент	Содержание	Актуализация	ЦП

Единая страна

Большинство граждан страны ассоциируют себя и свою идентичность с Россией как таковой, а не с отдельными ее частями; при всей значимости «малой Родины» и местноМесто, воображаемое           го патриотизма любовь к России Террито-                  как неотъемлемо свя-                  и подчеркивание необходимости рия как про-     занное как с рожде-  сохранения единства ее культурстранство                 нием, так и с после-       ного, этнического и религиозноидентичности            дующими жизненны-                   го многообразия составляет важ-

ми событиями                       нейшую часть актуального мировоззрения российских граждан. Страна как межпоколенческое культурно-историческое единство воспринимается россиянами как отдельное основание своих собственных представлений о мире

Таблица 3

Ценностные связи между ключевыми элементами мировоззренческой модели

Эти принципы, в свою очередь, синхронизированы с нормативно зафиксированными в Указе Президента РФ № 809 традиционными духовно-нравственными ценностями (табл. 4).

Таблица 4

Духовно-нравственные ценности мировоззренческой модели

Человек	Созидание и развитие	Жизнь, достоинство, права и свободы человека
Семья	Любовь и доверие	Крепкая семья, милосердие, взаимопомощь и взаимоуважение
Общество	Согласие и сотрудничество	Высокие нравственные идеалы, созидательный труд, приоритет духовного над материальным, коллективизм

                                Сила                                          Гражданственность, справедливость,

Государство

                                 и ответственность                 единство народов России, гуманизм

Территория (страна)

Единство многообразия

Патриотизм, служение Отечеству и ответственность за его судьбу, историческая память и преемственность поколений

Что дает человеку понимание подобной мировоззренческой системы? Зачем нужно изучать ее?

1.      Для человека, в том числе с позиции его оценок взаимодействия с окружающими, ориентиры созидания и развития означают постоянное уточнение, дополнение и пересмотр целей собственной жизни. Без мировоззренческой рамки прошлого и ценностной укорененности в настоящем даже деятельная личность может столкнуться с угрозой собственной идентичности, угрозой «обесцеливания» и обесценивания трудовой, творческой, интеллектуальной деятельности.

2.      Для семьи как единицы общественного измерения мировоззренческие изменения выступают в качестве постоянного двигателя ролевых и функциональных изменений: взросление младших представителей семьи всегда происходит в контексте передачи межпоколенческого опыта старшими представителями, и по мере этого взросления «отцы» и «дети» меняются местами в патрон-иждивенческих отношениях, что также требует идентификационной адаптации и интериоризации подобных изменений. Все это — и принятие внешнего опыта прошлого, и создание новой семьи, и переход к заботе о старшем поколении — требуют ценностного представления, образного воображения и мировоззренческой рамки.

3.      Для общества постоянный процесс мировоззренческих трансформаций оказывается важным механизмом адаптации к меняющимся обстоятельствам — без подобной гибкости социальное пространство, равно как и включенные в него группы и институты, не могло бы выдерживать различные вызовы и кризисы.

4.      Для государства в рамках ключевого ценностного принципа данного элемента (а именно суверенитета как единства силы и ответственности) мировоззренческое развитие оказывается важным средством достижения более эффективных и результативных управленческих решений, адекватных осознанному выбору граждан и отвечающих основным обязанностям органов власти.

5.      Для страны те же процессы имеют двойное значение: во-первых, они позволяют сохранить имеющиеся социальные ресурсы (в том числе нематериальный капитал культурного наследия) через ознакомление граждан с их ценностью, а, во-вторых, позволяют приумножить эти достижения за счет активного вклада социализировавшегося поколения в национальную или цивилизационную культуру.

Трансформация ценностей российского общества в постсоветский период

В предшествовавший современному советский период в нашей стране существовала государственная идеология марксизма-ленинизма, которая сначала была идеологией Коммунистической партии, выполнявшей руководящую роль во всех общественных и государственных процессах, а в соответствии с Конституцией 1977 года стала официальной идеологией всего Советского Союза. Она определяла ценностно-смысловые ориентиры жизнедеятельности советского общества. Мировоззрение советских граждан было синкретическим: в нем сосуществовали традиционные православные и светские советские, демократические и тоталитарные установки и представления. Картина мира советского человека, включавшая в себя существенный мифологический компонент, тем не менее достаточно успешно стабилизировала общественное сознание и поведение граждан. Государственная политика идентичности, которая носила стратегический и системный характер, опиралась на образы прошлого и определяла рельефный образ «светлого будущего», создавала многомерное пространство общенациональных политических символов, поддерживала эту картину мира и обеспечивала относительную устойчивость и воспроизводство ценностно-мировоззренческих ориентаций советских граждан.

?	Какие ценности и добродетели советского времени вы могли бы назвать актуальными и значимыми для современной России? Есть ли, на ваш взгляд, такие ценности в досоветском периоде отечественной истории?

                      С середины 1980-х гг. в результате стремительных перемен в общественной жизни в СССР начинается социокультурный кризис. Произошел слом не только господствующей в советском обществе структуры рациональных (или представляющихся таковыми) норм, но и сложившейся в нем системы традиционных символов и стереотипов. Социокультурный кризис сопровождался кризисом идентичности: происходило разрушение образа мира сообщества и потеря ценностей и смыслов, вокруг которых члены сообщества выстраивали свою идентичность.

В первое постсоветское десятилетие идеологические ориентиры для ценностно-смыслового самоопределения российских граждан задавала оппозиционная модель «демократы — коммунисты». С начала 1990-х гг. российская политическая и культурная элиты интерпретировали ключевые события политической жизни как конфронтацию между этими стереотипными образами и транслировали соответствующие этим двум идейным полюсам ценности — либерально-демократические (свобода, личная инициатива, конкуренция, частная собственность и пр.) и коммунистические (справедливость, равенство, государственный порядок и пр.). Это идеологическое противостояние отражалось в массовом сознании российских граждан, которое в этот период пребывало в состоянии ценностной дифференциации. По оценке социологов, в середине 1990-х гг. в пестром и сегментированном массовом сознании доминировали две тенденции — либерально-демократическая и авторитарно-советская, которые в ряде случаев проявлялись среди одни и тех же групп населения. В целом российские граждане, в том числе молодежь, ориентировались в тот период на материалистические ценности, или ценности выживания. Ценности демократии, как показывают политико-психологические исследования того периода, составляли весьма противоречивые наборы, а наиболее востребованными были такие, как «индивидуальная автономия», «равенство» и «активное участие в управлении государством».

Во второй половине 1990-х — начале 2000-х гг. в российском обществе возникает чувство разочарования в демократии, ее институтах и ценностях; по мнению Игоря Клямкина (1941 г. р.), Владимира Лапкина (1954 г. р.) и Владимира Пантина (1954 г. р.), происходит распространение патерналистских настроений как реакция «на распад прежнего типа социальности и продукт иллюзорных представлений о возможности восстановить ее с помощью „жесткой руки“, реставрирующей государственное регулирование экономики и не покушающейся при этом на политические свободы». Причина этого кроется в том, что демократические ценности воспринимались гражданами хаотично, в чрезвычайно путаной и неясной форме. Россияне в целом усвоили эти ценности на вербальном уровне, но это не обеспечивало активного политического участия граждан как ключевого показателя уровня демократизации общества. Наблюдалась тенденция возрастания значимости таких ценностей, как «свобода», «соблюдение законов» и «права человека». В настоящий момент постепенно актуализируется потребность в консолидирующих ценностях, прежде всего ценностях государственности и патриотизма, выражающих желание видеть страну богатой и уважаемой. Сформировался массовый общественный запрос на конструктивную и солидаризирующую роль государства, гарантирующего стабилизацию и развитие, прекращение болезненных экспериментов и преодоление предшествующего травматичного опыта.

В 2000-е гг. консолидирующие тенденции все более усиливаются: в российском обществе постепенно начинает формироваться ценностный консенсус, происходит усиление единства системы ценностей россиян, которая внутри себя представляла эклектичный набор социально-демократических, либеральных, консервативных, державно-патриотических установок и ориентаций. Синкретизм и индивидуализм сосуществовали в сознании российских граждан и определяли тот феномен, который аналитики ВЦИОМ назвали «метаидеологией». Отношение к демократии определялось как «благожелательный скептицизм»: демократические ценности и приоритеты уходили в массовом сознании на второй план, а наиболее значимыми ценностями становились порядок, справедливость и стабильность. Причем особенно значимым стал запрос общества на социальную справедливость — традиционную ценность левых партийных идеологий: по оценкам Елены Шестопал (1949 г. р.) и ее коллег, «сегодня этот запрос выражают люди всех идеологических ориентаций, и резкая оценка власти дается ими именно с точки зрения таких категорий, как справедливость, честность, порядочность». Актуализированная потребность в безопасности (личной, экономической, политической) находила свое выражение в значимости для всех поколений россиян материалистических ценностей.

Общественный консенсус, который имел место до 2012 г., в 2014 г. сменился мобилизационным «крымским консенсусом», имевшим более консервативный характер. Смысловой доминантой официального идеологического курса страны становится «патриотизм», актуализируются вопросы укрепления национальной идентичности, сохранения наследия предков, «духовных скреп», традиционных ценностей и институтов: по оценке Валерия Федорова (1974 г. р.), «патриотизм противопоставляется не только космополитизму, но и новейшим изобретениям либеральной мысли (...) Россия (…) хранительница чистоты христианской морали — вопреки предавшему ее (…) Западу. Высшей ценностью становится служение Родине, которая определяется как мировая держава, противостоящая империалистической и культурно-идеологической экспансии Запада».

В последние десятилетия идеологический вектор развития страны приобретает более патриотически-консервативный характер, связанный с актуализацией идеи самоопределения России как государства-цивилизации. Основу общероссийской гражданской идентичности и единого культурного пространства страны составляют традиционные духовно-нравственные ценности, необходимость защиты и укрепления которых обозначены в государственных документах стратегического характера (например, «Стратегия национальной безопасности Российской Федерации», «Концепция внешней политики Российской Федерации», Указ Президента Российской Федерации В. В. Путина «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей»).

Патриотизм как ценностное понятие и слово «патриот» в значении «сын Отечества» появляются и закрепляются в русском лексиконе с начала XVIII в. Смысловое наполнение патриотизма неразрывно связано с понятием «Отечество», которое существовало в духовно-политической мысли нашей страны с древности. Сергей Перевезенцев с коллегами отмечают: «Превращению понятия „отечество“ в одну из главных духовно-политических русских ценностей способствовал тот факт, что, как представляется, начиная с XVIII столетия, понятие „Отечество“ как Родина всех русских стало совмещать в себе все важнейшие предшествующие смыслы, а именно: частное („отечество“ как наследственное личное владение), общее („Отечество“ как Родина) и вселенское („Небесное Отечество“ как Царствие Небесное)». Понимание патриотизма в нашей культурной традиции включает в себя не только эмоциональный компонент (любовь к Отечеству), но и действенную составляющую (служение Отечеству).

Цивилизационной особенностью России, имеющей аксиологическое значение, является отличный от «индивидуального» западного «надындивидуальный» тип бытия (так называемое «МЫ-мировоззрение», «общинное чувство», «хоровой принцип»,

«соборность», «коммунитарность»). Общинность, которая сформировалась в результате ряда объективных условий развития нашей страны и была практически выражена в виде тысячелетней истории крестьянской России, имеет, по мнению Владимира Егорова (1956 г. р.), «абсолютный источник в христианском единстве». Российский политолог Олег Шабров (1946 г. р.) замечает: «В отличие от рационального Запада, русские склонны объединяться больше из потребности быть вместе, по „любви“».

Понятие «справедливость» исконно присуще русской культуре, которая, по мнению Александра Панарина, «связана не столько с господством правового принципа, сколько с торжеством нравственно-религиозной идеи правды-справедливости». Понимание справедливости в нашей стране всегда имело не столько правовое, сколько духовно-политическое содержание и было напрямую связано с понятием «правда».

Достойная жизнь человека и гражданина — также важная часть мировоззренческой картины современного россиянина. У жителей нашей страны высок запрос на благополучие семьи, социально-экономическую стабильность и устойчивое развитие общества. Кроме того, понятие «достойной жизни» имеет и безусловную нематериальную сторону: ценности российских граждан включают в себя не только стремление к материальному достатку, гарантирующему защиту своих базовых прав, но и желание гарантий достоинства личности, своих культурных, нравственных и духовных возможностей. В этом отношении направленность российской государственности на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (ст. 7 Конституции России), неразрывно связана с обеспечением прав и свобод последнего.